Психологическая и лирическая драма Максима Горького

Алексей Максимович Пешков 1868-1936. Алексей Максимович Пешков родился 16 марта 1868 года в Нижнем Новгороде в семье столяра-краснодеревщика Максима Савватиевича Пешкова. Когда мальчику исполнилось четыре года, в Астрахани от холеры умер отец, через несколько лет он потерял мать. Потом Алексею пришлось жить в доме его деда Каширина, владельца красильной мастерской, а в молодости - волжского бурлака. Трудная жизнь, тяжелая, изнурительная работа сделали деда жестоким, жадным и сварливым, тем не менее он все ж таки научил внука грамоте за Псалтырем и Часословом, а потом отдал его в Слободино - Купавинское приходское училище. Алексей лишь год учился там, потом перешел  в третий класс, но «курс не закончил  из-за бедности», и был отдан «мальчиком» в магазин модной обуви. «Ну, Алексей, ты - не медальон, на шее у меня - не место тебе, а иди-ка ты в люди...», - сказал ему на прощание дед. Так началась взрослая жизнь будущего писателя - «в людях». На протяжении пятнадцати лет Алексею Максимовичу пришлось работать «мальчиком на побегушках» в семье чертежника, младшим мойщиком посуды на волжском пароходе «Добрый», где он подружился с поваром Михаилом Акимовичем Смурым (именно он привил подростку любовь к чтению книг), «кухонным мужиком» на почтовом пароходе «Пермь», учеником у чертежника, продавцом книг в иконописном магазине, статистом в ярмарочном театре, а после отъезда в Казань, где он надеялся поступить в  университет, разнорабочим на пристанях, крендельщиком в булочной Семенова, подручным пекаря в булочной Деренкова, дворником, садовником, хористом в опере, рыбаком на Каспийскому промысле, ночным сторожем на железнодорожной станции Добринка.

В 1892 году в Тифлисе Алексей устроился молотобойцем в железнодорожные мастерские, начал интересоваться работой политических кружков, вследствие чего попал под полицейский надзор. Именно в Тифлисе был написан его первый рассказ «Макар Чудра». Могущественная сила настоящего таланта переносит читателя в Россию конца XIX столетия, где он возле ночного костра зачарованно слушает рассказ старика цыгана об отважном красавце Лойка Зобара и красавице Радду. Многие из исследователей творчества О. М. Горького считают, что значительное влияние на становление и расцвет таланта великого русского писателя малая философская концепция Фридриха Ницше. Сам О. М. Горького признавал: «...кое-кому со своих героев-босяков я предоставил ... кое-что из философии Ф. Ницше». Герои романтических произведений Горького высказывают мысли, пронизанные проповедью морали, призывом к переоценке всех ценностей, созданных вследствие исторического, научного и социологического катаклизмов, которые влияют на их самоопределение в жизни. Максим Горький  писал, что «самые страшные люди - это те, что не знают, чего хотят, а потому необходимо мобилизовать всю нашу волю, лишь бы четко осознать собственные желания». Заметим, что волей к жизни, по Ницше, определяется прогресс человечества. Когда мы говорим о влиянии философии Ницше на Горького, мы, конечно, не можем утверждать, что писатель беспрекословно воспринимал все философские тезисы Ницше; он, скорее, иллюстрировал, художественно воссоздавал сам процесс собственного поиска истины. В произведениях писателя герои болезненно ищут ответа на социальные и этические вопросы: «зачем я живу на земле и кому я на ней нужен» («Коновалов»), «и зачем это нужно, чтобы я жил, жил и умер» («Супружество Орловых»), «почему  человек не остается на всю жизнь ребенком... живет, живет, а в конце жизни - одна суета» («Головорез»). Однако рядом с такими моральными поисками старая Изергиль, героиня одноименного рассказа, размышляет: «жизнь может казаться никчемной и мелочной лишь тем, кто не способен бороться и осуществлять подвиги. А когда человек любит подвиги, он всегда сумеет их совершить и найдет, где это возможно. В жизни, знаешь ты, всегда есть место для подвигов. И те, что не находят их для себя, - те просто бездельники или трусы, или не понимают жизни, так как, если бы люди понимали жизнь, каждый захотел бы оставить после себя свой след в ней. И тогда жизнь не пожирала бы людей без следа...» Ведь способным на подвиг является лишь тот человек, который знает, к чему стремится, который может изменить свою судьбу и самореализоваться в жизни.

Алексей Максимович отмечал, что «особенно хорошо надо понять: действительность определяется  человеком, и, если она плохая, - в этом никто не виноват, кроме нас». Именно поэтому в 1917-1918 годах Максим Горький, работая редактором газеты «Новая жизнь», вступил в страстную полемику с революционным правительством, принципиально разойдясь с ним в оценке того, что творилось в стране. Об этом свидетельствуют его публицистические выступления на страницах журнала «Летопись» и газеты «Новая жизнь», собранных потом в книге «Несвоевременные мысли. Заметки о революции и культуре» и «Революция и культура». В «Несвоевременных мыслях», что стали ныне достоянием широкой общественности, Горький выступил с критикой большевиков и тех путей, которыми развивалась революция, так как понял, что она является опасной для судьбы миллионов людей и приведет к эскалации насилия и разрушению культуры. В 1917 году Алексей Максимович, который предусмотрел перспективу возникновения еще более жестоких форм общественно-политического устройства, выступил как страстный защитник гуманистических достояний, накопленных цивилизацией,- ее общечеловеческих культурных и моральных ценностей. Наверно, правы те, кто считает, что «Ленин был таким удивительно терпеливым» относительно писателя, ни разу не выступив против него публично, именно потому, что понимал: «В данном случае ощущения Горького - человека и художника - было высшей справедливостью».

  • «Где слишком много политики, там нет места культуре»,- утверждал писатель; поскольку именно этим, по его мнению, «страдает политика советской власти», поэтому «совсем напрасно говорить о совести, справедливости, об уважении к человеку и о всем том, что политический цинизм именует сентиментальностью, но без чего нельзя жить». На страницах дневника К. Чуковского читаем, что в 1918 году «ругают большевиков все - особенно большевик Горького», который «всегда говорит о них как о врагах... Я им сделаю скандал, я пойду совсем - из коммунистов».

Гуманистическая «высшая справедливость» в процессе художественного освоения действительности была для писателя главным критерием отбора и оценки жизненных явлений. Для Горького каждый человек как представитель конкретной эпохи, среды, класса выступал вместе с тем и как продукт развития всего человечества, которое несет в себе частицу «исторического человека», «которая за 5-6 тысяч лет создала все то, что мы именуем культурой, в чем воплощенное огромное количество ее энергии и что является исполинской надстройкой над природой...». Такая концепция и определяла демократичность философско-эстетических основ творчества Горького, направленной на предельно широкий поиск жизненных истин, не скованной сословно-классовой селекцией.

Давая оценку «межклассовой борьбе» как неминуемому, «хотя и трагическому моменту данного периода истории», М. Горький  призвал народ и правительство «отказаться от грубого насилия над человеком» (вопрос о насилии стал важнейшим в его расхождениях с правительством большевиков в те года). Он пылко выступал как защитник интеллигенции, «мозга страны», предостерегал народ от опасности иллюзий («мечтаний» о всемирной революции). Октябрьскую революцию писатель расценивал как жестокий опыт, как преждевременный и опасный для России эксперимент.

Именно принципиальные расхождения писателя с большевиками (а не только необходимость в лечении) стали причиной его эмиграции 1921 года. Возвратившись через несколько лет на Родину, писатель все сильнее начинал ощущать двусмысленность, неуверенность своего положения; во многом подчиняясь обстоятельствам, он старался, как мог, протестовать, так как «был единственным, с кем Сталин продолжал считаться». Отказ написать книгу о Сталине, заступничестве за наказанных из политических мотивов и в тот же время невозможность выступить открыто, невозможность даже снова убежать (в 1934 году ему было отказано в визе на выезд в Италию) - все это обусловило трагизм последних лет его жизни. Один из современников Горького - А. Орлов - бывший генерал НКВД - имел уникальное знание сокровенных пружин развития советской действительности  30- х лет, того, что было скрытым за ее парадным фасадом. Как подчеркивает А. Орлов, Горький  после приезда в СССР был фактически изолирован от общества, его жизни сурово регламентировалась. «Ягода принял меры, чтобы он не мог свободно общаться с населением». «Всем, кто окружал Горького, были обязаны  рассказывать ему о чудесах социалистического строительства и петь дифирамбы Сталину». Сталин же «старался изобразить Горького не только своим близким другом, но и страстным защитником сталинской политики».

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Школьный ассистент
Adblock
detector