Жанр произведений и тайна индивидуальности» Лермонтове

 «Тайна индивидуальности» Лермонтове! - в его произведениях. Несмотря на их многообразие, пестроту жанров, все они объединены личностью автора. Рано определились характерные для поэта мотивы и идеи, сохранявшие свое значение и на последующих этапах его творческого развития. Б. М. Эйхенбаум, касаясь рукописного сборника 1829 года, где было переписано юным Лермонтовым несколько десятков его ранних стихотворений, писал; «Тематический состав этой школьной тетради до известной степени уже предрешает основные темы будущей зрелой лирики». И не только лирики. В поэмах, драматургии, прозе Лермонтова развитие основных идей и движение стиля единое. Не составляет исключение и роман «Герой нашего времени», в котором осуществлен: синтез достижений не только прозы поэт, но и его лирики, драматургии. В творчестве Лермонтова наблюдается непрерывный интенсивный процесс перехода, проникновений идей, образов из одного произведения в другое. Тема, намеченная в одной поэме, находит свое развитие в следующей. Место действия (например, в «Мцыри») автор переносит из одной страны в другую.

Герои   Лермонтова   живут   и   действуют в разные эпохи, различной среде (иноземные сюжеты  были  данью  традиционной  романтической экзотике), но все они объединены общностью натуры, родственными страстями. Географические   границы   с   точки   зрения нравственно-психологического      содержания произведений   Лермонтова   имеют   условное значение. Основной круг идей остается один и тот же, и он непосредственно или косвенно отражает как современную   поэту   русскую действительность, так и его личную судьбу. У романа «Герой нашего времени» тот же источник, из которого вышли романтические поэмы и лирические  шедевры Лермонтова. Этот источник - ярко самобытная, «глубокая творческая натура»  поэта,   «чуждая всяких побуждений, кроме вдохновения».

В условиях гражданской разобщенности поэт глубоко переживал трагедию одиночества. Мрачная, суровая оценка действительности николаевской России дана уже в его юношеской лирике. Рано познав обман, горечь разочарования в друзьях, в любви, познав «неверной жизни цену», поэт научился скрывать от окружающих свои мысли. Он тосковал, мечтал о «родственной душе», о верном друге, который мог понять его «страдальческую тоску». Эту мечту лелеял Лермонтов всю свою жизнь, и ею овеяны стихотворения, написанные незадолго до его гибели. Чувство неудовлетворенности, поиска мира «чудесного», страстное желание другой жизни усиливают конфликт со средой. Этот конфликт с годами приобретает все более трагические формы.

Для нарастающего критицизма Лермонтова, его скептического взгляда на жизнь весьма характерно стихотворение «Исповедь» (1831). Поэт хочет верить и в добро, и в правду, но «опыт хладный» (т. е. жизненный опыт), реальность «противоречит каждый миг» этому, отравляя сознание ядом безверия.

Семейный раздор, ранняя смерть матери усугубили внутреннюю драму. Раннее развитие, тонкая психическая организация, болезненная впечатлительность, жажда самопознания и постижения окружающего мира предопределили круг чувств и дум поэта. С юных лет .у Лермонтова преобладает мрачное, скорбное восприятие действительности, которому он остался верен до конца своей недолгой жизни.

Дело, конечно, не в угрюмой натуре поэта, не в нарочитом сгущении темных сторон жизни. Ненависть поэта вызвана тем, что «земля» «гнездо разврата, безумства и печали»

 

  • Где человек всегда гоним и сир... (III,    76)
  • Где носит все печать проклятья, Где полны ядом все объятья, Где счастья без обмана нет. (I,   175)
  • Где жизнь - измен взаимных вечный ряд; Где радость и печаль - все призрак ложный! (III,    206)
  • Где нет ни истинного счастья, Ни долговечной красоты, Где преступленья лишь да казни, Где страсти мелкой только жить... (IV,   209)

Вражда поэта к действительности служила питательной почвой для его романтизма. Суровая ее оценка, гневное обличение зла и порока, жажда нравственной чистоты, духовной красоты и совершенства не могли не привести поэта к «тайному пристрастию к другому миру», к поискам другой жизни. С юных лет наблюдается у Лермонтова стремление уйти от «шума света», мелочных «забот», от мрачных впечатлений, взглянуть на мир, возвышаясь над скучной и унылой повседневностью, чтобы в «божественных снах» преобразился реальный мир, чтоб он силой «мечты благородной» предстал перед ним «очищенным и обмытым».

Когда в «Маскараде» (1835) автор устами Арбенина обличает пороки «света», когда в «нравственной поэме» «Сашка» (1839) он пишет о «наружном блеске» городского веселья, о «трлпе глупцов» ж пустых девах, которые «чванятся нарядом», когда он в лирике противопоставляет себя бездушным, холодным людям, когда, наконец, гневный свой приговор поэт смело бросает в лицо убийцам Пушкина, - во всех этих случаях слова Лермонтова адресованы глубоко чуждой и враждебной ему конкретной среде - «светской черни». К ней, к людям пустым и самодовольным обращены слова поэта:

  • О, как мне хочется смутить веселость их,
  • И дерзко броснть им в глаза железный стих,
  • Облитый горечью и злостью!..

Лермонтов принадлежал к натурам активным, что придает и особую оисраску его романтизму. Ненависть к действительности сочеталась в нем с обостренным восприятием реальности, жаждой бытия. Как бы ни была страшна действительность, он никогда не отворачивался от нее, хотя она приносила ему только боль и страдание.

Поэт верил в свое «высокое назначение», в свои «силы необъятные», но не нашел путей для их применения. Это приводило к лихорадочному горению, к жажде деятельности.

  • Мне нужно действовать, я каждый день
  • Бессмертным сделать бы желал...

В. Г. Белинский, отмечая «огненную душу», «могучий дух», «исполинскую натуру» Мцыри, писал: «Это любимый идеал нашего поэта, это отражение в поэзии тени его собственной личности. Во всем, что ни говорит Мцыри, веет его собственным духом, поражает его собственной мощью. Это произведение субъективное».

От Мцыри незримые нити ведут к героям ранних поэм Лермонтова, к его драмам, лирике. На протяжении всего творческого пути поэт постоянно, настойчиво возвращается к своему излюбленному образу одинокого, гордого, «мятежного» героя. На разных этапах Лермонтов делает попытки разграничить авторскую личность и героев своих произведений, что удается ему с трудом. В этом отношении весьма характерна эволюция образа Демона. В начальной стадии его возникновения Лермонтов отходит от традиционного образа сатаны, мрачной фигуры дьявола и рисует его облик в сочувственных тонах.

 



Портретная характеристика персонажей