В обостренности действенности не только содержания, но и поэтической формы. Что такое действенность поэтической формы Лермонтова? Д. С. Мережковский писал: "У Пушкина жизнь стремится к поэзии, действие к созерцанию; у Лермонтова поэзия стремится к жизни, созерцание — к действию". Действенность поэзии Лермонтова заключается в том, что гармония произведения создается не просто на основе идеи повторяемости элементов, а повторяемости варьирующихся противоположностей, соединения в одной синтаксической структуре взаимоисключающих начал, способствующих формулировке антиномий-проблем.

Антиномии в лаконичной и образной форме могут выразить бездну содержания, и содержание это не статично, оно крайне динамично, благодаря полюсам, между которыми оно помещается и которые его тем не менее ограничивают. Когда произведение пронизано системой парадоксов, оно не может восприниматься умозрительно. Антиномия — один из главных источников в развитии знаний, это всегда задача и, хочет того или не хочет читатель, он исподволь вовлекается в ее разрешение. Удивительно, но уже в свои пятнадцать лет Лермонтов владел одним из самых совершенных инструментов познания и воссоздания жизни в произведениях. Лермонтов — это не только вечная загадка, это и вечная задача, приблизиться к решению которой можно только используя по мере возможности принципы его же способа мышления.

Уже в раннем творчестве М. Ю. Лермонтова прослеживаются барочные черты, и в особенности антиномичность, динамика, действенность. Антитеза, которая является композиционным принципом и единицей гармонической организации у М. Ю. Лермонтова, соответствует вездесущей антитезе барокко.

Лермонтов совершенствует свой творческий принцип на протяжении жизни. Характерно его влечение к поэтам, широко использующим антитезы — к Шиллеру; из русских поэтов к А. С. Пушкину, Е. А. Баратынскому. Перевод стихотворения Шиллера "Дитя в люльке", написанного Шиллером в жанре фрагмента, которым в дальнейшем очень увлекался Лермонтов, вводит нас в творческую лабораторию художника.

Стихотворение основано на "дополнительном" способе описания, который объединяет взаимоисключающие антитетичные понятия "ребенок" — "муж", "просторно" — "тесен", "люлька" — "мир". Крестообразное расположение элементов (хиазм), построение по принципу зеркального отражения способствуют сплоченности антиномичного высказывания, свидетельствующего о том, что Лермонтов стремится дать ответ на вопросы о мире в целом.

    Счастлив ребенок!

    И в люльке просторно ему: но дай время

    Сделаться мужем, и тесен покажется мир.

    Дитя в люльке

    (Из Шиллера).

Существительные-антонимы "ребенок" — "муж", отражающие основные фазы бытия человека, с симметрично данными окказиональными антонимами "люлька" — "мир" предельно строго и однозначно отражают диалектику бытия и восприятия его человеком: "просторно" — "тесен".

В этом же плане интересны такие юношеские стихотворения Лермонтова, как "Романс" (1830), "К..." (1830), "Эпитафия Наполеона" (1830), "Гроб Оссиана" (1830). Они также написаны в жанре лирического фрагмента. В них наиболее явственно отразилось стремление Лермонтова ко всеохватывающему, полному описанию явлений. Основной ход этих стихотворений — характеристика центрального образа со стороны взаимоисключающих понятий. Малые формы диктует художнику чрезвычайно жесткий отбор средств, и здесь в наибольшей степени подходят антонимы как типизированные лексические элементы.

    Не говори: я трус, глупец!..

    О, если так меня терзало

    Сей жизни мрачное начало,

    Какой же должен быть конец?

    К... 1830

Стихотворение насквозь пронизано антитезами: первый стих полемичен мнению "трус", "глупец". Эта полемика выражается через категоричный императив "не говори", отрицающий устоявшееся, сложившееся мнение.

Соединение рационального и эмоционального начал через антитезу, в которой намечены причинные связи, почти всегда в результате дает строгую внутреннюю аргументацию выводимой антиномии, обеспечивает ее объективность. Может быть, особое, провидческое начало творчества Лермонтова, постоянное предчувствие смерти, одиночество в какой-то степени объясняются немыслимой для других и такой естественной для него возможностью одновременно подойти кявлению с разных взаимоисключающих точек зрения, исследовать его и, таким образом, сделать исчерпывающий вывод. Тем более что употреблял он данный принцип чаще всего для самопознания.

Мы остановились, в основном, на ранних произведениях Лермонтова, потому что именно раннее творчество — показатель того, как складывался художественный метод поэта, стиль его мышления.