Луков Вл. А. Мериме. Поиски универсального жанра в новеллах 1833–1846 годов

Луков Вл. А.: Мериме.

Исследование персональной модели литературного творчества § 3. Поиски универсального жанра в новеллах 1833–1846 годов "Двойная ошибка", "Души чистилища", "Венера Илльская", "Коломба", "Арсена Гийо", "Кармен", "Аббат Обен) относятся, по существу, к одному жанру. Реалисты решали проблему жанра в соответствии с их представлениями о задачах искусства, которое должно отобразить действительность во всем ее многообразии, вскрыть законы, по которым развивается общество.

Бальзак решал эту проблему в процессе создания "Человеческой комедии". Концепция мира не дробится у него по жанрам, как у классицистов, в каждом произведении "Человеческой комедии" содержится образ его художественного мира, но сам этот мир вырастает из всей системы произведений. Поэтому концепцию жанра в творчестве Бальзака 1830&"Человеческой комедией" как цельным жанровым образованием.

Решая те же задачи (синтетическая передача многообразия действительности, раскрытие ее общих закономерностей), Мериме идет другим путем: он ищет единый жанр, предельно лаконичный и при этом позволяющий представить панораму жизни. Поиски этого жанра заметны в "Партии в триктрак" и "Этрусской вазе". Возвращение к "микроповести" в "Истории Рондино" (1830), не включенной автором в "Мозаику", свидетельствует об исканиях в том же направлении. Подтверждением того, что Мериме стремится утвердить синтетический жанр, позволяющий ему раскрыть свой взгляд на действительность, служит и характер публикации произведений 1830&"Двойная ошибка" вышла в 1833 г.

отдельными изданиями в Париже и Брюсселе, в 1842 г. была напечатана вместе с "Хроникой царствования Карла IX" и "Гузлой" и в этом составе выдержала еще 7 прижизненных изданий.

Публикация "Душ чистилища" была осуществлена в "Revue des Deux Mo" 15 августа 1834 г., затем вышло отдельное издание 1837 г., представляющее собой оттиск из сборника "Додекатон", в котором, помимо "Душ чистилища", были опубликованы произведения Жорж Санд, Мюссе, Виньи, Дюма, Стендаля и еще шести авторов.

"Коломба" после журнальной публикации (1840) вышла двумя отдельными изданиями в Брюсселе (1840), а затем в Париже была опубликована вместе с "Венерой Илльской" и "Душами чистилища" (1841). Позже "Коломба" выходила отдельно в 1844 г. в Милане, в 1854 г.

в Брюсселе, в 1867 г. в Лондоне, в парижском же издательстве Шарпантъе начиная с 1842 г.

вышло 14 прижизненных изданий "Коломбы" в одном томе с "Мозаикой" и "другими повестями и новеллами". Аналогична судьба произведений Мериме "Арсена Гийо", "Кармен". "Аббат Обен". После журнальных публикаций (1844&"Новеллы" (1852) к ним добавлены переводы из Пушкина ("Пиковая дама", "Цыганы", "Гусар), очерк "Николай Гоголь". Итак, произведения 1830&"Театра Клары Гасуль", "Гузлы", "Мозаики", рассматриваться каждое самостоятельно. На смену "жанровой игре", "свободному повествованию", "мозаичности" приходит синтетический жанр, а названные принципы уходят внутрь жанра.

Так, в письме корсиканскому адвокату и археологу Э. - Ш. Конти Мериме сообщает о "Коломбе": "Я старался создать мозаику из всех рассказов о Вашей стране, собранных мною где только было возможно, и в этих маленьких разноцветных кусочках, кое-как соединенных между собой, Вы сможете найти и несколько таких, которыми обязан Вам" (Этьену Конти, 12 ноября 1840 г.

— т. 6, с. 43). Мериме не дает выработанному им жанру нового названия. В публикациях жанры отдельных произведений в отличие от ранних обычно никак не обозначены, иногда определены суммарно как "повести и новеллы" (co"новеллы". Однако Мериме называет эти произведения и "романами", например, в письме к К. Л. Ф. де ла Рошжаклен от 21 июня 1855 г. (т. 6, с. 114). В изданиях XX века можно встретить различные решения вопроса о жанре. Так, "Коломба" выходила в серии "Великие романисты", "Кармен" печаталась в составе сборника новелл[89]. Морис Партюрье опубликовал прозу Мериме в двухтомном издании "Романы и новеллы"[90], где к романам относит "Двойную ошибку", приводит цитаты, в которых романом называется "Коломба". В советских публикациях и "Двойная ошибка", и "Кармен" определяются обычно как новеллы[91], при составлении второго тома шеститомного собрания сочинений А. Д. Михайлов отнес "Коломбу" к повестям, а по отношению к "Двойной ошибке" сделал характерное уточнение: "новелла, или небольшая повесть"[92]. Историко-теоретический подход помогает разъяснить этот вопрос. Первая половина XIX века — время разработки новых жанровых систем, изменения взгляда на жанр в целом, поэтому появляется множество переходных форм, которые определяются в уже существующих терминах. Произведения Мериме 1830&"Двойной ошибке" (название этого произведения сразу указывает на двухцентро-вую композицию идей и образов) история короткой любви Жюли де Шаверни и Дарси развивается на фоне увлечения Жюли Шатофором. В "Душах чистилища" история семьи дона Хуана, его увлечений, его раскаяния соединяется с историей семьи Охеда, которую дон Хуан погубил. В "Венере Илльской" история ожившей статуи наслаивается на повествование о впе­чатлениях рассказчика от Испании и ее людей. В "Коломбе" один центр составляет вендетта, другой — взаимоотношения Орсо делла Ребиа и Лидии Невиль. В "Арсене Гийо" сплета­ются истории г-жи де Пьен и Арсены. В "Кармен" судьба цы­ганки предстает на фоне рассказов путешественника об Испа­нии и его ученых заметок филологического и этнографического характера. В сюжетном отношении обычно лишь один центр служит основой новеллы, тогда как другой образует очерк. Соединение очерка и новеллы характерно для европейской литературы 1830&"Красная гостиница", "Гобсек", "Фачино Кане" и др. ). Однако в большинстве случаев очерк служит экспозицией к новелле. У Мериме функция очерка как экспозиции или фо­на новеллы отходит на задний план. Исследователи "Кармен" обычно рассматривают компози­цию этого произведения Мериме как рамочную. Отзвуки трак­товки крупного литературоведа рубежа XIX&"ко­кетства"[93], встречаются и в новейших работах. Так, Ю. Б. Виппер говорит о "пародийной усмешке" в обрамлении "Кармен", он пишет: "В заключительном этнографическом очерке есть как будто бы все, что можно сказать об истории, быте и нравах цыган. И в то же самое время в нем, по сути дела, нет ничего, что могло бы по-настоящему объяснить ту поэтическую загад­ку, которую представляет собой характер Кармен, и пролить свет на смысл захватывающей человеческой драмы, о которой рассказывает сама новелла"[94]. Это, в сущности, романтическая трактовка произведения Мериме. Однако достаточно подойти к структуре "Кармен" как к эллипсу — и трактовка существенно изменится. "Обрамление" создано Мериме вовсе не из стилистических соображений (для контраста "ученого" повествования с описанием страстей Кармен и Хосе), это важная часть идейного замысла. Автора интересует в первую очередь не Кармен, а цыганский народ. Кармен призвана подчеркнуть его главные особенности, "физиономию", разгадать его загадку. Трагическое столкновение Кармен и Хосе — вовсе не следствие индивидуальных свойств их характеров: столкнулись две народности и, соответственно, два взгляда на мир. В бытовом употреблении имена Кармен и Хосе давно стали символами страстных испанцев. Между тем Хосе — баск Кармен — цыганка, то есть они принадлежат к народам с культурой, резко отличающей их от испанцев и еще резче — друг от друга[95]. На контрасте укладов, обычаев построена сцена первой встречи с Кармен, рассказанная Хосе: "Я был молод тогда; я все вспоминал родину и считал, что не может быть красивой девушки без синей юбки и спадающих на плечи кос" (автор делает сноску: "Обычный костюм крестьянок Наварры и баскских провинций). Хосе слышит, как какие-то штатские говорят: "Вот цыганочка". Он поднимает глаза — перед ним Кармен ("На ней была очень короткая красная юбка, позволяющая видеть белые шелковые чулки, довол

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Школьный ассистент