Литературные произведения Оскара Уайльда

Фундаментальным объяснением и оправданием этой необычности стала его книга «Стихи», выпущенная в 1881 году, которая лишь за несколько недель переиздавалась четыре раза. Не обошел он своим вниманием и театры, был желанным и «почетным гражданином кулис», зачастую выступал с критическими или полемическими статьями по поводу театральной жизни, ну, а после премьер все ждали только его умной мысли. Достигнув определенной популярности на родине, Оскар решил подчинить заграницу. Сначала он едет в загадочную тогда Америку с лекциями «о ренессансе английского искусства», потом в Париж, где за короткое время познакомился с Гонкуром, Бурже, Верленом и очень состарившимся Гюго.

 Посмотрев мир и показав себя, он возвращается в Лондон, преисполненный решительности стать богатым и по-настоящему знаменитым. Нанимает квартиру в аристократическом квартале, изо всех сил демонстрируя свое совершенство и вкус, что само собой стоило не дешево, а до богатства было еще далеко. Часто ради этого приходилось неделями голодать, но он последовательно «ослепляет мир». Подчинив столицу, он отправляется в путешествие по Англии с целью вернуть людей к истокам английского ренессанса и просветить их в части «искусства обрамления жилья». Финансовый результат предприятия оказался более чем жалким, зато он привозит из поездки жену Констанцию Ллойд, дочь адвоката из Дублина.

Сирота, скромная, серьезная девушка английской красоты, увидела в Уайльде сказочного принца и влюбилась в него. В мае 1884 года они женился. Настало время семейного благоразумия и стабильности. Оскар нанимает особняк на Тайт-Стрит и теперь принимает исключительно дома. Гостями семейных раутов становятся гениальный Рескин, Марк Твен, Сарра Бернар и другие представители театрально-художественной богемы. Оскар нежно и преданно любил свою жену. Свидетельством этого стало появление у Уальдов двух прекрасных деток - Серела и Вивиана, которых он также очень любил. Ради семейного благополучия он устраивается главным редактором журнала мод «Вуменз уорлд», где в течение двух лет правит, редактирует, пишет скучные статьи на бытовые темы, рекламирует дамские шляпки и белье. Это позволяло содержать семью, но образ жизни должен отвечать внутреннему образу человека.

Конечно, те шесть фунтов ва неделю, которые он получал за свою работу, могли целиком устраивать образцового семьянина, но душу эстета, непоправимого бонвивана они совсем не согревали.  Ему снова нужно было что-то менять. Он все реже бывает дома, решив штурмовать новую, теперь уже заоблачную вершину: Уайт-Клуб - старейший и самый консервативный клуб в Англии. Его членами были министры, лорды, известные политики, бароны и герцоги. Теперь он с легкостью обедает с герцогинями, дает советы потомственным аристократам относительно ценности их картинных галерей и библиотек, принимает участие в оформлении салонов и замков, при этом давая им то, чего от него ждут: эпатаж, экстравагантность, предельный сарказм и остроумие. Так, он жил, но не писал, очень стремясь к этому. Статьи, литературные и театральные рецензии, очерки - все это не удовлетворяло, хотелось чего-то другого. Его слушали восторженно, радовались его остроумию, старались быть похожими на него, но это в жизни, а на бумаге... Безрезультатно он тратил ночи, сидя за своим уникальным письменным столом, стараясь создать что-то новое. Даже использование гигантских по размеру листов бумаги (наследование Гюго) не породило гигантских форм желаемого.

Осенило его в 1886 году. Ответ был простой: нужно описать в литературной форме свою собственную жизнь. То, что он с таким успехом и увлечением проповедовал в салонах и гостиных, необходимо вдохнуть в уста персонажей, недостатка в которых лондонское общество не ощущало. Как из рога изобилия, посыпались на прилавки магазинов «Кентервильский призрак», «Преступление лорда Артура Севиля», «Натурщик миллионер», «Сфинкс без загадки», цикл сказок новейшего времени о Великане-Эгоисте, Соловье и Розе, Замечательной Ракете и Счастливом принце. Немало публиковалось довольно серьезных и глубоких по смыслу очерков: «Упадок вранья», «Критик как художник», «Перо, карандаш и яд», печатались расшифровки сонетов Шекспира. Одним словом, 1890-й и 1891-й годы прошли под знаком напряженной творческой работы прославленного автора. Венцом его творений того времени стал долгожданный роман «Портрет Дориана Грея». Это переполнило чашу терпения пуританской Англии. На автора обрушился шквал негодования.

Солидные журналы буквально захлебывались «в бессильной злобе», обвиняя Уайльда и его произведение во всех тяжких грехах. Оскар радовался. Сначала он с задором включился в непримиримую борьбу с воинствующим консерватизмом, круша апологетов «грубости абсолютного реализма». И вскоре это ему надоело, и он поставил точку в этой войне пророчески гениальной фразой: «Прошу сделать мне любезность - оставить эту книгу вечности, которой она принадлежит». А жизнь продолжалась, принуждая субъекта-эстета иногда думать и о хлебе насущном. В отчаянии от того, что он не может одолжить денег «за красивые глаза и слова», он решил расширить круг своей деятельности, на этот раз на ниве драматургии.

 Оскар уединяется в небольшом домике на озере Уиндермир, просматривает громкие когда-то драматургические образцы (он понятия не имел, как пишутся пьесы), довольно быстро пишет «Веер леди Уиндермир». Театральный зал взорвался овацией, а пресса - злобным вытьем. И то, и другое устраивало - только бы не молчание, равнодушие или снисходительность. Нужно сказать, что ошеломляющий успех «Веера» подарил ему долгожданное и заветное - свободу и деньги, которые принесли роскошную жизнь, редчайшие книги и спокойные мысли о «великом аристократическом искусстве совершенного бездельничанья». Он перестает быть писателем в общепринятом смысле, присвоив себе титул «Принц Парадокс», им самим данный одному из персонажей «Дориана Грея». Это прозвище все больше отвечает его настоящему содержанию: искрометность остроумие, ироническая наблюдательность, оригинальное оживление банальностей, возведение тончайшего парадокса в ранг образа жизни, доведенного до состояния абсурда.

Однако жизнь человека так устроена, что, достигнув апогея, она неизбежно подвергается чему-то диаметрально противоположному. В жизни нашего героя это неотвратимое возникло в образе молодого красавца лорда Альфреда Дугласа. Отныне он живет только для него и ради него. Слушание «по обвинению в аморальных действиях» завершилось арестом Уайльда. Начался кошмар: кредиторы рвали на части его имущество, он был предан тотальному общественному остракизму, само имя «Оскар» стало нарицательным, банкротство, театры в поспешности выбрасывали из репертуаров его пьесы, прекратили продажу его книг. Сыновья вынуждены были оставить с позором школу и уехать с матерью в глухую провинцию. Выход из тюрьмы под залог не изменил положения - травля продолжалась. Ему повсюду отвечали отказом в жилье и мелочных услугах, заштатные харчевни прогоняли его, отказываясь кормить.

В конце концов, он стал опасаться за свою жизнь - толпа грозилась его разорвать. В окончательном вердикте суда было записано: «Признанный виновным за всеми 25 пунктами обвинения и осужденный на два года тюрьмы и тяжелых работ».  Лишним будет описывать смертельный ужас тюремных лет, и вдобавок осенью 1895-го его переводят в Редингтонскую тюрьму с исключительно строгим режимом, где, по традиции, исполняли смертные приговоры. Оскар был на границе сумасшествия, его жизнь была под угрозой из-за сильных расстройств жизненных функций организма. Выжить удалось чудом. В конце концов, в мае 1897 года, срок его заключения истек. Что ждало его впереди? Он нищий, мать умерла от горя, жена сменила фамилию, его лишили родительских прав. Места на родине не было. Немногочисленные друзья помогают ему выехать во Францию под выдуманным именем - своего уже не было. Но память о нем еще жила. На чужбине модные журналы требовали статей и интервью, театры - новых пьес, и Оскар с трудом возвращался к прежней жизни, уделяя время лишь продолжительным прогулкам и работе над «Балладой Редингтонской тюрьмы».

Средств для существования не было. Жена, вынужденная официально порвать с ним, все-таки отнеслась к нему с сожалением и сочувствием, назначив содержание - 150 фунтов в год, с обязательным условием полного разрыва с Альфредом Дугласом. Нельзя сказать, что последний отнесся к Уайльду с таким же самым пониманием. Бози (так Оскар называл Альфреда) решил продолжить издевательство над Оскаром: забросал его письмами и телеграммами с укорами, прихотями, обвинениями и угрозами, передавал знакомыми приветы с намеками определенного содержания, требовал немедленной встречи - и она состоялась. Все началось снова.

Снова скандалы, душевная боль, снова оплата прихотей возлюбленного... Жена отвечает отказом ему в ренте. Безысходность. Его стали посещать мысли о самоубийстве. Последние надежды, которые он возлагал на публикацию «Баллады», тоже не сбылись - никто не отважился опубликовать ее. Истощив окончательно Уайльда, Бози бросает его наедине с многочисленными кредиторами и депрессией.

Понравилась статья? Поделиться с друзьями:
Школьный ассистент