В «Семействе Шроффенштейн» - первой драме Клейста, увидевшей свет, - писатель вслед за Шиллером, но на свой лад варьирует тему «Ромео и Джульетты» Шекспира. Две родственные дворянские семьи договорились когда-то, что если мужская ветвь одной из них прервется, то ее земли перейдут к другой. Из этого родилась взаимная подозрительность, переросшая в ненависть, а та вызвала цепную реакцию убийства по ложным поводам, жертвой которой в конце концов стали и юные влюбленные. Исходный источник вражды - собственность. Клейст осуждает ее власть над людьми. Но этот мотив остается на втором плане, на первый же выходит злая путаница человеческих отношений.

Последняя трагедия Клейста, «Принц фон Гомбургский», вместила в себя и размышления о внутренней сложности человека, и сказку. Драма создавалась в дни вторжения Наполеона в Пруссию. Клейст тяжело переживал это. Наполеон, за два года до того объявивший себя императором и превративший только что родившуюся республику в империю, пришел на немецкие земли как захватчик и грабитель; вместе с тем он «чистил огромные авгиевы конюшни Германии» (Энгельс), проводил некоторые демократические реформы, так как это укрепляло его позиции. Борьба немцев против Наполеона имела поэтому двоякий смысл: она была направлена не только против агрессии, но и против идей Французской революции. Клейст выпускал антифранцузские листовки, написал драму «Битва Германа», патриотизм которой граничит с национализмом.

В центр трагедии «Принц Гомбургский» Клейст поставил события битвы со шведами при Фербеллине (1675), сыгравшие решающую роль в образовании Прусского королевства. Клейст впервые изобразил в этой трагедии не только конфликт, но и примирение личных стремлений (свободы) с общим законом (необходимостью). Между тем то, как он это изобразил, внушает сомнение в его вере в такую возможность. Герой трагедии, принц Гомбургский, юный романтик, погрузившись в свои грезы, прослушал обращенный к нему военный приказ и пошел в наступление против врага, не дождавшись сигнала. Он был отдан под суд и приговорен к смертной казни, несмотря на одержанную победу. Принца, бравого и уверенного в себе, охватывает панический страх смерти, он утрачивает свой победный вид, суетится, жалко молит о помиловании. Но когда курфюрст предоставляет принцу право самому решить свою судьбу, он соглашается со справедливостью приговора, осознавая, что общие интересы выше личных порывов. В финале разыгрывается спектакль в спектакле: принца с завязанными глазами приводят на место исполнения приговора, он застывает в жутком ожидании залпа, барабаны отбивают похоронный марш, но раздаются холостые выстрелы, и принца, вместо того чтобы казнить, увенчивают тем самым венком, который он еще в начале пьесы плел для себя в сомнамбулическом сне.

Этот поворот событий - чисто сказочный. Знаменательный обмен репликами между принцем и его другом Коттвицем подчеркивает демонстративную фантастичность финала. «Что это - сон?» - спрашивает потрясенный принц, и слышит в ответ: «Конечно, сон! А что же?» Но тут же раздаются командные возгласы: «В сраженье! В бой! К победе! В поле! В бой!» - и возвращают действие из счастливого сна в суровую реальность. Похоже, Клейст в финале трагедии дал волю иронии, что вполне в духе романтизма. При ином понимании трудно совместить этот неожиданный триумф героя с первоначально назначенной ему карой (как и чудовищную несоразмерность его вины с карой). Может быть, Клейст высказал в такой форме свою мечту о светлой гармонии личного и общего, заведомо неосуществимую в тех общественных условиях, которые он знал.

«Разбитый кувшин» - единственная комедия этого трагического писателя и одно из замечательных произведений немецкой драматургии. Пьеса и сегодня с успехом идет на немецкой сцене. Она выделяется в творчестве Клейста реалистичностью сюжета, не заимствованного ни из мифа, ни из истории, жизненностью характеров, народностью колорита.