Крупнейшим явлением русской литературы после 1825 г. оставалось творчество А. С. Пушкина. Характеризуя «ужасные» годы, последовавшие за 1825 г., А. И. Герцен говорил, что «только звонкая и широкая песнь Пушкина раздавалась в долинах рабства и мучений; эта песнь продолжала эпоху прошлую, полнила своими мужественными звуками настоящее и посылала свой голос в далекое будущее». Пушкин был вождем передового идейно-литературного движения. Глубокое конкретно-историческое изучение мировоззрения и творчества Пушкина опровергло измышления вульгарных социологов о «поправении» поэта после 1825 г., о его «примирении» с правительством.
Проза, поэзия и лирика. А. С. Пушкин
Прохождение школы Батюшкова - Жуковского, двух поэтов, у которых культура русского стиха достигла для того времени совершенства, имело чрезвычайно важное значение и для развития художественного мастерства Пушкина. На двойной основе - стиха Батюшкова с его пластичностью, скульптурностью, «зримостью глазу» и стиха Жуковского с его музыкальностью, богатством мелодических оттенков, способных передавать тончайшие движения души и сердца,- вырабатывается тот качественно новый, небывалый по своей художественности пушкинский стих, первые образцы которого мы встречаем уже в некоторых лицейских произведениях поэта и который с таким несравненным блеском даст себя’ знать во всем его творчестве. Жуковский уже в 1815 г. отзывался о Пушкине как о «будущем гиганте, который всех нас перерастет». «О, как стал писать этот злодей!» - воскликнул Батюшков, прочитав послание Пушкина «Юрьеву» (1820).
В первых рядах лицейских политических вольнодумцев был, несомненно, Пушкин. В 1815 г. он пишет знаменательное послание «К Лицинию» (при позднейшей переработке получило название «Лицинию»). В стихотворении рисуются картины жизни Древнего Рима; при опубликовании его поэт даже придал ему подзаголовок «С латинского». Но на самом деле послание было совершенно оригинальным созданием Пушкина. Древнеримское, республиканское «одеяние» уже для поэтов XVIII в., в особенности в эпоху Великой французской революции, было способом выражения их гражданских чувств - ненависти к угнетению, к царям-тиранам. Подобным же образом сквозь условный римский колорит громко заявляло о себе горячее личное чувство русского поэта, его высокий гражданский пафос:
В своем идейном и художественном росте Пушкин прошел через все основные стадии, через которые прошла духовная жизнь передовых кругов русского общества конца XVIII - первых десятилетий XIX в., с тем чтобы возглавить дальнейшее движение литературы вперед.
Пропагандируя в прозе «прелесть нагой простоты», Пушкин хотел бы и поэзию освободить «от условных украшений», «приблизить поэтический слог к благородной простоте» («В зрелой словесности приходит время…»). Поэт-реалист ведет систематическую борьбу против украшенного, метафорического, перифрастического стиля сентименталистов и романтиков. Но это не значит, будто Пушкин отказывается от метафор или перифраз, от эпитетов или сравнений. Эти и все другие средства поэтической изобразительности и выразительности, накопленные художественным языком в процессе развития тех же стилистических явлений, которые свойственны общенародному языку и богатейшей стилистике устного народного творчества, Пушкин в необходимой мере применяет в своих произведениях, особенно стихотворных. Но, во-первых, Пушкин разумно ограничивает количество слов и выражений, имеющих переносное значение или дополняющих простое обозначение предмета. Во-вторых, эти слова и выражения приобретают у Пушкина иной, чем у его предшественников, характер и не противоречат принципам реализма.
В произведениях Пушкина литературный язык освободился от ранее свойственной ему в той или иной мере обособленности от живого общенародного языка и стал одной из важнейших форм общенародного языка, органически с ним связанной. Развитие пушкинского стиля являет картину многообразных путей и средств сближения языка художественной литературы с языком общенародным. От «Руслана и Людмилы» до сказок и «Капитанской дочки» прослеживается путь обращения Пушкина к народной поэзии как национальному источнику художественного языка. Но этот источник нужен поэту не только для мастерской стилизации. Пушкин обращался к сказкам затем, «чтобы выучиться говорить по-русски и не в сказке». Он внимательно прислушивался и к «разговорному языку простого народа», отстаивая его право на внедрение в язык литературы. Поэт вводит элементы живой, разговорно-бытовой речи и в диалог, и в сказ, и в авторскую речь.
Обычно отмечаются следующие главы и строфы романа: Лето - глава 4, строфа 40; глава 7, строфа 15. Осень - глава 4, строфы 40-41; глава 7, строфа 29. Зима - глава 4, строфа 42; глава 5, строфы 1-2, 9; глава 7, строфа 30. Весна - глава 7, строфы 1-3. Грустная лирическая настроенность этого описания хорошо гармонирует с настроением всей главы, она дает основной лирический тон главе - следовательно, пейзаж в романе Пушкина играет определенную композиционную роль. Пушкин несколько раз описывает в романе разные времена года это помогает читателю воспринять хронологические рамки романа, дает перспективу времени, текучесть жизни. Рассказывая о предстоящем отъезде Татьяны в Москву, поэт сжато и ярко описал смену лета осенью, осени - зимой.