В «Песне…» Лермонтов не избежал и некоторой идеализации старины. Совершенно ясно, что перед нами не реальная Россия XVI века и не достоверно изображенный быт, где царили в семье строгие и даже жестокие порядки. Идеализация старины связана с романтическими иллюзиями, но она с лихвой перекрывается той художественной истиной жизни, которая благодаря этой идеализации позволила Лермонтову выразить существенные стороны его эпохи. Так иногда ложная с точки зрения научной теории мысль приводит к большим поэтическим открытиям. Ведь идея превосходства родовых устоев над цивилизацией, по существу своему, глубоко реакционная. Но есть в ней такие черты, которые при определенном подходе обнаруживают свою неисчерпаемую истинность и могут служить точкой отсчета для познания жизни в верном направлении. Исходя из романтической иллюзии, из романтического представления о средневековой эпохе, Лермонтов пришел к выводам, которые художественно обогатили сознание современников.
М. Ю. Лермонтов: творец русской литературы
Степану Парамоновичу как старшему брату и надлежит защитить честь жеиы, личную честь и честь семьи. Конфликт, следовательно, из чисто личного превращается в общественный. Перед Кирибеевичем оказывается не просто купец Степан Калашников, а носитель семейных, родовых традиций, защитник купеческого рода и народных устоев вообще. Месть Степана Калашникова получает не столько субъективное, личное обоснование, сколько объективное, эпическое, общенародное. Степан Калашников чувствует за собой вековую традицию, вековую правду:
Кирибеевич - из семьи Малютиной, опричник, приближенный к царю, его любимец. Родовые связи основаны на уважении к личности, к обычаю, к народному сознанию, социальные - на попрании достоинства другого человека, на личном произволе, на противопоставлении личной воли народному мнению и общему закону. Именно Кирибеевич обманывает царя:
Личность у Лермонтова черпает силы в народе, но сами-то народные интересы оказываются противоположными. Не приходится говорить, что сама по себе поэтизация старины отражает романтические иллюзии Лермонтова, но важно, какие стороны средневековья привлекают внимание поэта, какие выводы он делает из поэтического исследования истории, под каким углом зрения изображает историю.
«Песня про царя Ивана Васильевича, молодого опричника и удалого купца Калашникова», написанная Лермонтовым в 1837 году. Эта дата проставлена в «Стихотворениях М. Лермонтова», 1840 и опубликованная 30 апреля и имеет уже большую и сложную историю изучения. Исследователи касались главным образом фольклорной основы «Песни…», ее сюжета и художественных особенностей. Было выяснено, что сюжет «Песни…» не восходит к какому-либо определенному фольклорному источнику, - что Лермонтов воспользовался общим богатством народной поэзии. Много внимания уделяли исследователи, в особенности М. Штокмар в итоговой статье «Народно-поэтические традиции в творчестве Лермонтова», стиху «Песни…». Меньше повезло изучению художественного смысла этого уникального произведения, хотя в нашем распоряжении есть ценнейшие замечания В. Г. Белинского и А. В. Луначарского. Между тем до конца не ясно, что представляет собой «Песня…» является ли она произведением реалистическим или романтическим. На этот счет существуют разнообразные и противоречивые толкования.
Существенна разница жанра между шутливой «Тамбовской казначейшей» и, скажем, «Демоном». Создается впечатление, что Лермонтов пробует свои силы в разнообразных и часто контрастных друг другу поэтических вариантах. Это позволяет судить, насколько глубоко усвоены им , жанровые традиции, насколько мастерски овладел он жанром поэмы. Он как бы повертывает жанр поэмы разными гранями. Было бы неосторожно говорить об отсутствии всякой эволюции в пределах лермонтовского творчества вообще, поскольку такая эволюция существует, но нельзя не заметить, что Лермонтов нисколько не заботится о развитии одного жанрового варианта, а скорее стремится к их разнообразию. При этом жанровые варианты возникают по принципу контраста. В ходе работы над одной поэмой или после ее завершения появляется противоположная по какому-либо принципу новая жанровая разновидность.
В «Журналисте, читателе и писателе» исповедь писателя трагична. Писатель не видит пока выхода из трагедии и трезво оценивает реальную ситуацию. Недаром стихотворение оканчивается многоточием, а не радостным и ликующим выводом, как у Хомякова - «И песнь гремит, блестит, играет, Предчувствий радостных полна; И звонкий стих в себе вмещает Времен грядущих семена». Подвергая сомнению поэзию мечты, Хомяков приходит к ее утверждению, отказываясь от обличительной поэзии и уповая на поэзию веры. Писатель в лермонтовском стихотворении не приемлет ни поэзию мечты, ни поэзию обличительную, но в его субъективную позицию проникает важный момент объективного знания жизни. Поэтому его позиция оказывается противоположной Хомякову. Центральным моментом, определяющим смысл поэтического творчества, становится ответный отзыв толпы: