“Страшная беда” - эта формула, появившаяся впервые на страницах “Западни” и спустя двадцать лет выступившая в названии новой повести Быкова (”Знак беды”), стала обозначением той отчаянно безвыходной, роковой ситуации, в которую попадает быковский герой. Вечная тема рока получила в повестях Василя Быкова новое, совершенно лишенное мистического налета воплощение, конкретизировавшись  в независимых от воли человека, неожиданно складывающихся, катастрофических обстоятельствах, которые каждый день, каждый час, каждый миг рождала война.
Читать далее…

Талант Василя Быкова был разбужен атмосферой “оттепели”, в которой литература об Отечественной войне обретала второе дыхание. Быков и сейчас не упускает возможности с благодарностью вспомнить о том влиянии, которое оказали на него “Пядь земли” Григория Бакланова и “Последние залпы” Юрия Бондарева.  Вслед за героями Бондарева и Бакланова солдат Быкова проходил в окопах свои университеты - университеты нравственности. Среди крови и разрушений ему  открывалась хрупкая красота жизни, среди дыма и гари он остро чувствовал тонкие запахи трав, рядом с исступлением ненависти к врагу рождалась в нем трепетная первая любовь, которую безжалостно оборвала пуля. Убеждаясь на жестоком опыте, что за эгоизм, ложь, трусость одного в бою неминуемо расплачиваются своей кровью другие, мужественные, честные, герой Быкова, вслед за баклановским лейтенантом Мотовиловым и бондаревским капитаном Новиковым, утверждался на позициях гуманизма и моральной взыскательности.
Читать далее…

Далеко не случайно сюжет повести состоит из двух этапов. На первом - герои проходят испытание крайне неладно складывающимися обстоятельствами: хутор, на который они направлялись, сожжен, в предрассветных сумерках попались на глаза полицейскому патрулю, в перестрелке Сотникова ранило в ногу… Как ни горестны эти коллизии, они составляют прозу войны, ее ненормальную норму, к которой волей-неволей приноравливался человек, чтоб не дать себя убить.  И здесь, на первом этапе испытаний, Рыбак ничуть не уступает Сотникову. Там, где требуется ловкость и сила, где пригодны стандартные решения, к которым по уставу приучен боец, где может выручить инстинкт, Рыбак вполне хорош. И чувства у него при этом срабатывают хорошие - чувство локтя, благодарности, сострадания. Доверяясь им, он порой принимает мудрые решения: вспомним эпизод со старостой Петром, которого Рыбак (заслужив, кстати, упрек от Сотникова) пощадил только потому, что “очень уж мирным, по-крестьянски знакомым показался ему этот Петр”. И чутье не подвело. Словом, там, где можно обойтись житейским здравым смыслом, Рыбак совершает безупречно верный выбор.
Читать далее…

Очень много написано о Великой Отечественной Войне. Уже с середины сороковых годов стали появляться первые произведения, с тех пор рассказы, романы, стихотворения о военных годах издаются сплошным потоком. Большинство из них, к сожалению, были написаны бездарно. Сегодня спустя много лет читатель может сделать определенные выводы о развитии «военной» литературы. Среди произведений советских писателей о Великой Отечественной войне важное место занимает роман Василия Гроссмана «Жизнь и судьба». Судьба этого романа очень не проста: роман запрещали, подвергали цензуре, арестовывали, пытались уничтожить. Но он не просто «выжил», но и прославился во всем мире. С тех пор как был написан роман и до тех пор как он был напечатан, прошло около тридцати лет.  Что же напугало многих в романе «Жизнь и судьба»? Мне довелось прочитать в одном литературном журнале о дискуссии знаменитого историка и знаменитого критика. Критик спрашивал, когда же будет написана “Война и мир” о Великой Отечественной войне? Меня поразил ответ историка: “Такое произведение уже есть. Это “Жизнь и судьба” Василия Гроссмана”.
Читать далее…

Со временем все реже встречаются среди нас те, кто встретил роковой рассвет 22 июня 1941 года. Тех, кто защищал Москву в суровые осенние дни 1941 года, кто видел кровавый снег Сталинграда, кто «пол-Европы по-пластунски пропахал…» Борясь за победу, они не думали о цене, не считали, «кому память, кому слава, кому темная вода…» Я считаю, что в отличие от других произведений о войне, повесть В.Кондратьева «Привет с фронта» отличается особенной пронзительностью и лиризмом. Это, пожалуй, единственное произведение писателя, где повествование ведется от лица главной героини - от женщины, которая спустя годы вспоминает свои юные годы, военный госпиталь, в котором она работала медсестрой, и письма своего «раненного больного», что каждый раз начинались словами «Привет с фронта!» Нина, главная героиня повести, вспоминает себя в девятнадцать лет - иногда смеется над собой, иногда осуждает, но мы видим как дороги для нее эти воспоминания - о юности, которая совпала с войной.
Читать далее…