Генерал, возглавивший гвардейскую армию, выдержавшую нечеловеческой силы удар танковой громады Манштейна, входит в роман как вполне реальная, остро-индивидуализированная, ни с кого не списанная личность и как своего рода художественное обобщение, как тип, вобравший в себя мужество и силу народа, дающие ему право распоряжаться человеческой жизнью во имя высоких и общих интересов Отечественной войны.
Темы сочинений о Великой Отечественной Войне
Русская литература наследует эту философско-эстетическую концепцию жизни, особенно близкую нашему времени и идеям социалистического гуманизма и интернационализма, наполняя ее новым социально-историческим содержанием.
Не подлежит сомнению, что эпические романы Юрия Бондарева связаны с традициями толстовского романа-эпопеи. И не только в стремлении к охвату национальной жизни в ее целостном развитии, но и в таких важных чертах, как постановка проблем всеобщего значения, осмысливаемых философски, с высокой принципиальной требовательностью и бескомпромиссностью. И главное - в художественной реализации толстовского принципа связанности жизни каждого человека с жизнью других людей, с общей жизнью.
Гений Льва Толстого постоянно служит Юрию Бондареву высочайшим примером постижения души человека, проблем, которые ставит перед человеком его время. Русскую литературу он делит на дотолстовскую и послетолстовскую, имея при этом в виду радикальное обновление литературного творчества. Лев Толстой «внес в искусство новые качественные параметры, сообщил слову такое воздействие и осмысливающее значение, которое уже подняло художника на ступень выше, соединив его с философом, пророком, апостолом добра». В динамической чуткости к явлениям и потребностям времени видит Бондарев зерно традиции, побуждающей не к восторженному подражанию, а к неустанному поиску и движению вперед. Традиция жива, покуда она способна животворить искусство, будить его пытливость и развивать чувство правды, жажду истины и справедливости. Для Бондарева Толстой не эталон раз и навсегда достигнутых свершений, пригодных на все случаи жизни, а побудитель к обновлению и поиску.
В военной повести Бондарева «Батальоны просят огня» принцип действенной защиты человека получил художественное осуществление, хотя едва ли сам автор использовал его вполне осознанно. Вспомним последнюю ночь Бориса Ермакова на разгромленном плацдарме наших батальонов. Горстка уцелевших солдат вместе с Ермаковым, загнанная в конец траншеи, слышит приближающиеся веселые голоса немцев, добивающих раненых. У Бориса и солдат в сложившемся положении никакого выбора практически нет. Не считая выбора смерти: быть пристреленным в упор в траншее или быть убитым по дороге к лесу. Шанс на спасение ничтожен. Борис выбирает этот последний шанс - решается на прорыв. То есть действует. Действует храбро, геройски, «как следует».
На Достоевского так или иначе сегодня устремлены взоры художников и философов разных стран и народов. Многие полагают себя его прямыми наследниками и продолжателями. Только идеи великого русского гуманиста далеко не всеми толкуются в их истинном смысле. В один ряд с Достоевским современная западная критика чаще всего ставит имена Сартра, Камю, Кафки. Тем более что и сами эти писатели дают тому прямой повод. Так, например, еще в начале пятидесятых годов Альбер Камю заявлял, что «Бесы» Достоевского одна из немногих книг, которые он ставит превыше всех.
Я прочитал повесть В.Кондратьева «Сашка». Повесть «Сашка» была сразу же замечена и оценена по достоинству . Читатели и критики решили ,что эта повесть может стоять в ряду самых больших удач нашей военной литературы .Можно сказать ,что эта повесть самая лучшая из целого тома прозы Вячеслава Кондратьева. Повесть «Сашка» открывает нам вид на небольшой клочок земли. Обыкновенное поле. На нём расположился , редеющий от безудержных атак немецких отрядов, батальон. В нем разные роты, в которых осталось совсем мало солдат - около полтора десятка, оставшихся от целых ста пятидесяти, да ещё после того, как наскребли разный народ из окрестных деревень. Рядом же три деревни: Паново, Усово, Овсянниково, в которых прочно засели фашисты, овраг, маленькие рощицы и то самое поле, постоянно простреливаемое пулеметным и минометным огнем.
«Да, можно выжить в зной, в грозу, в морозы. Да, можно голодать. Идти на смерть… Но эти три березы при жизни никому нельзя отдать». К. Симонов. Никто не любит войну. Но в течение тысячелетий люди страдали и гибли, губили других, жгли и ломали. Завоевать, завладеть, истребить, прибрать к рукам - все это рождалось в жадных умах, как в глубине веков, так и в наши дни. Одна сила сталкивалась с другой. Одни нападали и грабили, другие защищали и старались сохранить, и во время этого противостояния каждый должен был показать все, на что способен. Примеров геройства, мужества, стойкости и храбрости в русской истории достаточно. Это и нашествие татаро-монголов, когда русским приходилось, не щадя себя, сражаться за каждый клочок родной земли, когда их многомиллионная армия вынуждена была неделями брать города, защищающихся одними-двумя сотнями героев. Или во время нашествия Наполеона, прекрасно описанного Толстым в «Войне и мире», мы встречаем безграничную силу, мужество и единение русских людей.