Темы истории Украины занимали творческое воображение Гоголя уже в пору создания «Вечеров на хуторе близ Диканьки». Отражение исторических событий, борьбы казачества с польской шляхтой дано в «Страшной мести». Но тут образы казацкой старины, как уже отмечалось, тесно сплетены с фантастикой, с демонологией. Исторический элемент здесь еще довольно ограничен.
Русская литература
Обращение к историческому прошлому для Пушкина, Гоголя и Лермонтова означало, прежде всего, выяснение движущих начал общественного развития. Совсем не случайно то, что все эти писатели показывают решающую роль народа в историческом процессе, «Тарас Бульба», «Вадим», «Капитанская дочка» по-разному, с разных сторон освещают общую для них, основную тему. Носителем исторической справедливости, исторического разума являются не высшие сословия, не узкая каста людей, а широкие слои народа.
В совсем иную сферу жизни переносит читателя напечатанная в «Миргороде» историческая эпопея «Тарас Бульба». Это одно из любимейших произведений Гоголя, над которым он работал с особым увлечением, придавая ему громадное значение. Образы эпопеи увлекали и волновали писателя в течение многих лет. Опубликовав «Тараса Бульбу» в 1835 году, Гоголь вновь возвращается к этому произведению п 1839-1842 годах и заново переделывает его. Вторая его редакция столь существенно отличается от первом, что можно говорить о создании нового произведения. Длительная работа писателя над исторической эпопеей отнюдь не случайна: в «Тарасе Бульбе» Гоголь затронул очень важные темы, поставил крупные общественные проблемы.
Начав с акмеизма, но оказавшись уже и тогда значительно шире этого довольно узкого направления, она пришла в течение своей долгой и напряженно прожитой жизни к реалистичности и историзму. Титулованная когда-то званием «Сафо XX столетия», она действительно вписала в великую Книгу Любви новые страницы. Ее главным достижением и ее индивидуальным художественным открытием была прежде всего любовная лирика. Могучие страсти, бушующие в сжатых до алмазной твердости ахматовских любовных миниатюрах, всегда изображались ею с величайшей психологической глубиной и точностью.
В поздней лирике, особенно в той, что носит почти дневниковый характер, ахматовская фрагментарность и лапидарность остаются и даже, как сказано, усиливаются. Иногда кажется, что она разговаривает только с листом бумаги - или с самой собой, а может быть, с небом и богом, и нам действительно бывает не ясно, о чем именно она говорит в какой-то из своих кратких записей. Со времен «Поэмы без героя» Ахматова, кроме того, нередко и охотно пишет, по ее выражению, «симпатическими чернилами» и «зеркальным письмом» - подчас с помощью едва ли не кодовых обозначений, по некоей тайной азбуке.
Пушкин, Баратынский, Лермонтов, Гоголь, Некрасов, Толстой - вот основные имена и предтечи ахматовской поэзии, которая вообще всегда и с самого начала была пристально внимательна к великому наследию человеческой культуры. Дальнейшие исследования творчества Ахматовой несомненно обнаружат удивительную близость ее к самым неожиданным поэтическим материкам, островам и давно высохшим руслам, подчас удаленным от нас на огромные географические и временные пространства.
О философской стороне лирики Анны Ахматовой, кажется, всерьез не писали. Между тем она представляет собой несомненный интерес. Взгляд Ахматовой на мир был своеобразен и достаточно последователен. Как акмеистка в свой ранний период, она была противницей растворения живого, вещно-телесного и материального мира в тех мистических и мистических категориях, которые были свойственны символистам, исходившим из субъективно-идеалистических посылок и принципиального агностицизма.