В романе «Марфа-посадница» (1972) Д. Балашов изображает деятельность Московского великого князя Ивана III, разрешившего в 1478 г. трехсотлетний спор о власти Москвы над Новгородом Великим. Москва, стремясь к единовластию, продолжала политику Александра Невского, преградившего путь Ливонскому ордену на Восток в 1240-1242 гг.
Древнерусская литература и народное творчество
Плодотворность этой художественной концепции истории подтверждает работа Д. Балашова. Внутренние центростремительные процессы чуткий и внимательный художник угадывал изучая летописи, грамоты, жития, писцовые книги, народное творчество. В интерпретации Д. Балашова духовные ценности Киевской Руси сохраняют свое вдохновляющее и объединяющее влияние II годы ордынского гнета. Д. Балашов изображает в романах трагические пути народа к единству в условиях княжеских распрей и междоусобиц, которые использовали в своих жестоких и корыстных целях ордынские ханы. К противодействии тому и другому на Руси сохранялись центры культуры и государственности - Киево-Владимирский, Новгород Великий и Тверско-Московский.
«Диво» - это судьба таланта. «Смерть в Киеве» - судьба государственной идеи. «Перво-мост» - судьба народного сооружения. «Евпраксия» же - роман о судьбе человека. А судьба человеческая, особенно в трагических ее измерениях, наиболее выразительно прослеживается на примере женщины. Так был написан этот роман о женщине, о трагедии разлуки с родной землей, о трагедии утраты любви».
Протопоп Аввакум был самым известным и значительным писателем в XVII веке. Да и по сегодняшний день в стиле и пафосности вряд ли найдутся равные ему таланты. Кроме того, Аввакум - главный идеолог старообрядчества, его лидер. Его литературная деятельность полностью подчинена идеологии. Жизнь писателя сложилась таким образом, что большую ее часть он провел перед лицом мученичества и смерти. Поэтому он чужд лжи, притворства и лукавства. «Невозможно Богу солгати», «ей, ей, не лгу» - такие страстные заверения рассыпаны по страницам его книг и писаний.
«Моление» Даниила Заточника создавалось в XII веке и в своей образной системе более, чем любое другое, опирается на приметы русского быта. Замечательно также и то, что приметы эти, бытовые черты автор «Моления» выхватывает из жизни достаточно беспорядочно, то есть так, как они и существуют в ней. При их помощи он строит сравнения, метафоры и отдельные образы. При этом в поэтическую систему проникает русский быт.
«Слово…» выросло на плодородной почве русской культуры XII века. «Слово…» глубокими корнями связано с народной культурой, народным языком, народным мировоззрением. Вместе с тем в нем нашли свое воплощение лучшие стороны светской культуры. «Слово о полку Игореве» посвящено неудачному походу против половцев в 1185 году малозначительного Новгород-Северского князя Игоря Святославовича. Оно не повествует о событиях Игорева похода последовательно. Оно их поэтически оценивает к взвешивает. В «Слове…» говорится о них так, как будто бы события эти хорошо известны читателям. Оно обращено к современникам князя Игоря. Это горячая речь патриота-народолюбца, речь страстная и взволнованная, поэтически непоследовательная, но всегда полная веры в Родину.
Из далекой дали, через пространство столетий доносятся к нам голоса, в которых звучит трепетная любовь к родной Русской земле. В гениальной древней поэме «Слово о полку Игореве» Русская земля осознается как нечто единое, как достояние народа, идущего от одного корня, несмотря на усобицы и существование различных княжеств. Душа автора «Слова…», до сих пор, к сожалению, безымянного, нерасторжима с родными просторами и туманами южнорусских холмов и степных раздолий. Природа живет и дышит в «Слове…» заодно с человеком, выступает вместе с воинами-русичами, перегородившими «великие поля червлеными щитами». Она радуется вместе с ними победе, тужит и печалится при поражении.