Явка с повинной, с точки зрения Раскольникова, - это слабость, это его личная катастрофа: слишком слаб - не надо было брать топор и кровавиться. И чем ниже он становится в своих собственных глазах, потому что не выдержал, потому что погубил теорию, тем горячее он отстаивает ее. И возможно это потому, что к той извращенности сознания Раскольникова, которая привела к возникновению в его голове преступной теории, прибавилось в последние три дня перед явкой в полицию еще и помутнение сознания. Вот описание душевного состояния его в эти дни:
Произведения для десятых и одиннадцатых классов
Почему Раскольников со своими страданиями пошел к Соне? Что общего в их судьбе? В чем они не приемлют друг друга? Итак, улик нет, преступник объявился, в истинности своей теории Раскольников не сомневается, - все складывается в его пользу. Теперь можно бы подумать, хотя бы «краешком мысли», и о том, какие первые шаги следует предпринять на украденные деньги, чтобы потом стать благодетелем человечества. Конечно, не сейчас, а когда-нибудь. Но что-то мешает Раскольникову не только спокойно жить, а просто жить. Что именно? А то, что он «как будто ножницами» отрезал себя от всех людей. Человеческая натура его не принимает этого отчуждения от людей. Оказывается, человек не может жить без общения, хотя бы мысленного, с людьми, даже такой гордый человек, как Раскольников. Поэтому душевная борьба Раскольникова становится все и запутаннее, она идет по множеству направлений, и каждое приводит в тупик: Раскольников по-прежнему верит в непогрешимость своей идеи и м речи рае г себя за слабость, за бездарность, то и дело называя себя подлецом. Но в то же время он страдает от невозможности общения с матерью и сестрой, думать ему о них так же мучительно, как думать об убийстве Лизаветы.
Вторая часть представляет собой как бы катастрофу, разрешение той высшей степени душевного и физического напряжения, которым закончилось «действие» первой части. Вторая часть начинается со сцепы обморока Раскольникова в полицейской конторе и кончается сценой обморока - при встрече с матерью и сестрой. А между двумя обмороками - движение двух ощущений: ощущения животной радости, что никто еще не знает о его преступлении, и ощущения отчаяния: не проболтался ли он в бреду, не оставил ли в своей каморке вещественных улик. Но это те ощущения, которые ему знакомы, которые он предчувствовал. Однако из всех ощущений, пережитых им сразу же после убийства, самым сильным, самым мучительным, самым внезапным, неожиданным, т. е. непредвиденным до убийства, было то, которое он испытал трижды.
Перечитаем первую и вторую части романа, которые составляют один этап в развитии душевной борьбы Раскольникова. В плане философском Достоевский изображает столкновение теории с логикой жизни. По мнению писателя, живой жизненный процесс, т. е. логика жизни, всегда опровергает, делает несостоятельной любую теорию - и самую передовую, социалистическую, революционную, и самую преступную. Значит, делать жизнь по теории нельзя. Вот, например, что говорит о теориях социалистов-утопистов один из героев романа, Разумихин (наиболее близкий к авторскому идеалу):
Понимание Достоевским сущности искусства было причиной создания особых форм реалистического творчества. Произведения Достоевского - свидетельство того, что он объединял в себе как писатель силу гениального психолога, интеллектуальную глубину мыслителя и страстность публициста. В произведениях писателя реалистические сцены страданий объединяются с философской символикой, публицистические газетные факты - с фантастикой, логические абстрагированные категории - с интуитивными элементами. Достоевский обогатил жанр реалистического романа XIX столетия новыми художественными особенностями. Любимый метод писателя - собрать большое количество своих героев в одно место и заставить раскрываться их образы в столкновении чувств и идей, будто без вмешательства автора-рассказчика. Романам Достоевского был присущ полифонизм, как метод художественного мышления. При этом достигалось, с одной стороны, ощущение многочисленности собеседников, с другого - раздельность каждого голоса, который вел свою тему самостоятельно, почти равноправно с голосом автора.
Читать далее…